00:25 

Риторика преданности и жертвы: вождь и слуга, предатель и враг...

Ollemri
Не все, что возможно физически, возможно психологически.
magazines.russ.ru/znamia/2002/4/dubin.html Борис Дубин, "Риторика преданности и жертвы: вождь и слуга, предатель и враг в современной историко-патриотической прозе".

...Видное место на книжных прилавках магазинов, в киосках и на лотках больших городов России, в круге массового чтения девяностых годов заняли исторические романы, написанные на отечественном материале... Но преобладающую часть этой книжной Атлантиды, на глазах поднявшейся за последнее десятилетие и предстающей сейчас читателю-прохожему, “человеку с улицы”, на любом городском углу, составляют новые исторические сочинения сегодняшних авторов...

В основе статьи — сообщение на международной конференции “Эпоха тоталитарных режимов. Иньяцио Силоне и литературная и политическая культура 1920–1930-х гг.” (29 апреля—1 мая 2001 г., Аквила-Пешина, Италия), для настоящей публикации текст значительно переработан.

Вообще говоря, похожие явления в отечественной культуре уже бывали, хотя их масштаб и характер были совершенно иными. Скажем, русская словесность переживала бурный взлет исторического романа в 1830-х и 1870-х годах — на ключевых точках формирования национальной литературы как важнейшей части культурного достояния страны (условно говоря, в “пушкинский” и “толстовский” периоды литературного развития). В подобных обстоятельствах ведущие группы общества или группы, претендующие в нем на лидерскую роль, нередко переносят свои представления о лучшем и истинном, об идеальном обществе и полноте культуры, о себе и своей миссии — в условно конструируемое прошлое, равно как другие — в столь же условное будущее.

@темы: Публицистика, Литература, Культурология, История

   

Статьи

главная